Апрель даёт представление о вечности. Каждый раз, когда вытаивает из-под снега асфальт, внезапно появляется солнце, и ты идёшь по безлиственным ещё аллеям. “Календарь” прав как никогда: апрель всегда один и тот же (кто охотник? кто жертва?), тот же свет, те же вешние воды, та же пыль. Это он видел крушение “Титаника”, апрельские тезисы, прошлогодний гон про Готэм и бледное отражение в стекле; тот же самый апрель, что и сегодня. Поэтому всё вспоминается: встаёшь в очередь в “Поль Бейкери”, потом разворачиваешься и уходишь в “Метрополь” к родным столикам; сходить бы в оперу, сдать в гардероб на плечики свежеобретённое пальто, усесться в седьмой ложе бельэтажа и послушать “Волшебную флейту”… и заранее смутно беспокоит момент, когда нужно будет из оперы выходить.
С отменой перевода часов неминуемо уйдёт это ощущение: когда оказывается, что дни удлинились, и теперь у тебя столько времени… Неизменная данность, вечная призрачная встречная. Чёрное пальто, всевкусный чай и отрешённость.

Но этот, мой, никогда не спросит “останешься?”. Он скорее скажет: сегодня тёплый ветер, а поехали с тобой?.. Смерть — это путешествие, а путешествие в апреле — это когда двое выходят из старого гостеприимного дома, и больше никто о них никогда не слышит.

Expand Cut Tags

No cut tags

Style Credit